Смерть. Какая она?

Что испытывает человек, осознающий, что через некоторое мгновение он перейдет в иной мир? Задумывалась ли я о смерти? Безусловно, как, наверное, любой человек. Сталкивалась ли я с ней близко? Да, и не один раз. Впервые это случилось, когда мне было 19 лет, я навещала соседку, замечательную женщину, которая учила меня в детстве вязать и вышивать. Она лежала в больнице с диагнозом рак. 8 марта я приехала к ней с цветами и подарками, она была в хорошем настроении. Через 15 минут после моего прихода тетя Дуся (так ее звали) попросила дать ей умыться и сказала, что она готова. Я тогда не поняла и не успела спросить:

- Не готова к чему? Что вы чувствуете?

А через пять минут ее не стало… Я увидела, как расправляются морщинки, лицо становится спокойным и умиротворенным. Пришла врач, поднесла зеркало, констатировала смерть. Очень быстро тело унесли, сняли постель. Женщина в палате произнесла:

- Койка несчастливая, уже третья смерть за последние две недели!

Я представила: каково это, находиться в палате, где смерть происходит на твоих глазах. Помню, неделю не могла придти в себя, любое воспоминание приводило меня в истерику. Это было первым моим  юношеским потрясением.

Когда мне исполнилось 36 лет, мой отец умер от рака легких. Он работал адвокатом и очень много курил. Мы с мамой внутренне были готовы. Мама рассказывала, что он позвал ее к себе, обнял, поцеловал, успел попрощаться. Я стала бояться за маму, что она уйдет следом. Люди, знающие о близкой смерти своих родных, теряются и не знают, как себя вести в подобной ситуации – ободрять, делать вид, что все в порядке или, напротив, скорбеть и демонстрировать тяжесть утраты, как  подобает случаю.

Папа знал и сам говорил со мной. И тогда я спросила, что он испытывает помимо физической боли (а переносил болезнь он мужественно, отказывался от наркотиков), я не услышала ни разу за полгода ни одной жалобы, он только покрывался потом и сжимал зубы. Я пыталась ему рассказывать о Луизе Хей, ее опыте. Иногда отец слушал меня или делал вид, что слушает. Он сокрушался:

–  Я оставляю своих женщин без защиты, опоры и достаточного количества денег.

Еще отец взял с меня слово, что я не буду курить. Никогда. Обещание держу. Тогда я дала себе слово, что сделаю все возможное и невозможное, чтобы моя мама и сын не испытывали нужды. Я взяла на себя ответственность быть кормильцем и защитником семьи. Когда мне становится трудно, и не скрою, приходят мысли о переходе в другой мир, я вспоминаю данное обещание, на кого я оставлю маму и сына, я сжимаю кулаки и говорю, что справлюсь, что меня любят, что все к лучшему, трудности лишь закаляют и дают возможность расти ввысь.

Однажды за рулем я потряла управление, и машина, взлетев высоко над полотном дороги и развернувшись на 180 градусов, шлепнувшись в канаву. Был август. Солнце светило, погода стояла чудесная, совсем не втему было разбить автомобиль!

За время, пока я летела в кювет, я реально, физически ощутила присутствие ангелов –  руки или крылья, подхватившие меня и ласково державшие до тех пор, пока машина не приземлилась. Время словно растянулось, и я успела пожалеть о том, как я буду выглядеть, вылетев через лобовое стекло, исцарапав себе все лицо осколками, в крови, как это страшно. Но я уцелела, мое лицо не пострадало! Машина не подлежала восстановлению. Я сидела на обочине, меня осторожно вытащили через боковое окно, думали, что машина взорвется, наверное, двери заклинило, вокруг меня суетились мужчины, их было много, принимали активное участие в моей судьбе, ощупывали, спрашивали про самочувствие, а я как будто смотрела кино и думала: «Как хорошо жить, как красиво вокруг, неужели я живу, а могла бы и нет». Я ехала в отпуск в санаторий. Через две недели мне исполнилось 33 года.

Я часто думаю: «Может ли человек перехитрить смерть?» Читаю литературу, записи людей, которые прошли через клиническую смерть или испытали подобное мне. Может ли человек справиться со смертельной болезнью? Я задаю вопросы знакомым, что они думают по этому поводу. Однажды моя мама сказала, что она устала жить, а я стала ее убеждать, как это здорово, нужно продолжать бороться. Она посмотрела на меня грустным взглядом. Я применила запрещенный прием:

- А как же я, твоя дочь? Каково мне будет без родной матери?

Она улыбнулась и обещала подумать.  Я же уверена, что человек живет до тех пор, пока он хочет жить, пока есть для кого и ради чего. Это главное условие.

Светлана КОСТАНДИ